среда, 4 мая 2016 г.

О сожжении книг в нацистской Германии

Каждое 10 мая в Германии вспоминают о трагических событиях 1933 года. На площади Бебельплац и в городских библиотеках Берлина традиционно звучат отрывки из сожженных произведений; артисты театров и студенты читают тексты, приговоренные когда-то нацистами к уничтожению. В последние годы активисты проводят на Бебельплац акцию под названием «Место для чтения». Организаторы расставляют на площади стулья и раскладывают на них экземпляры сожженных книг. Любой желающий прохожий может прочесть книгу прямо на площади.

Информация о памятных мероприятиях, проводившихся в Германии в годовщину сожжения книг 10 мая, начиная с 2005 года, собрана на сайте www.buecherlesung.de.

В 1995 году на берлинской площади Бебельплац был установлен памятник сожженным книгам работы израильского архитектора и скульптора Михи Ульмана. В центре площади через квадратное стекло в мостовой видна комната с пустыми книжными полками. Эти полки способны вместить библиотеку из приблизительно 20 000 книг – столько, сколько было уничтожено нацистами в 1933 году. 

Акция сожжения книг обрела в контексте немецкой истории зловещее символическое значение, словно бы воплотив слова поэта XIX века Генриха Гейне – автора известных строк: «Это была лишь прелюдия, там, где сжигают книги, впоследствии сжигают и людей». Предсказание Гейне, чьи книги были также сожжены на Оперной площади 10 мая 1933 года, оказалось пророческим...

Инициатором и организатором данной общественной кампании выступил Немецкий студенческий союз, находившийся еще с 1931 года под контролем НСДАП. На следующий день после всегерманского бойкота еврейских предприятий 1 апреля 1933 года вновь созданный отдел прессы и пропаганды студенческого союза приступил к тщательному планированию общенациональной «Акции против негерманского духа». В циркуляре, разосланном в местные отделения 6 апреля, говорилось, что в целях борьбы с «бесстыжей злостной пропагандой иудаизма за рубежом» Немецкий студенческий союз «планирует четырехнедельную акцию общего действия против еврейского духа и за национально-ориентированное мышление и восприятие немецкой литературы».

Акция должна была начаться 12 апреля публикацией «Двенадцати тезисов против негерманского духа» и завершиться 10 мая зрелищным публичным сожжением «разлагающей» литературы.

Начиная с 26 апреля происходил повсеместный сбор книг для сожжения на основании «черных списков», составленных 29-летним берлинским библиотекарем, членом НСДАП Вольфгангом Херманом по просьбе Немецкого студенческого союза. Тексты, «заслуживающие уничтожения», систематически изымались из частных и публичных библиотек, конфисковывались из книжных магазинов.

Всего в «черные списки» нацистов попали труды более 300 авторов. В них были включены как произведения еврейских писателей, так и любые тексты, чуждые нацистской идеологии. 9 мая отдел прессы и пропаганды Немецкого студенческого союза выпустил новый циркуляр, в котором организаторам акций на местах позволялось произвольно расширять списки сжигаемых книг. Циркуляр также содержал «обязательный» список из пятнадцати авторов, чьи книги непременно нужно было сжигать и чьи имена требовалось упоминать в специальных «огненных речевках» в ходе акций книгосожжения. В этот список попали Георг Бернгард, Теодор Вольф, Эрнст Глезер, Карл Каутский, Альфред Керр, Эрих Кестнер, Эмиль Людвиг, Генрих Манн, Карл Маркс, Карл фон Осецкий, Эрих Мария Ремарк, Курт Тухольский, Фридрих Вильгельм Ферстер, Зигмунд Фрейд и Вернер Хегеман.

Всего на акции только в Берлине было уничтожено более 20 000 экземпляров книг. Излишне упоминать, что судьбы их авторов – современников событий, сложились трагически: жизнь многих из них была поделена на «до» и «после» событий 10 мая. Большинство наиболее известных немецких писателей оказались в эмиграции (семья Манн, Эрих Мария Ремарк, Лион Фейхтвангер, Бертольт Брехт, Курт Тухольский, Оскар Мария Граф и другие), кто-то покончил с собой или погиб в концлагере (Карл фон Осецкий). Многие почти перестали писать, кто-то умер от голода и болезней (Мария Ляйтнер, Иоахим Рингельнац).

Для тех, кто в 1933 году находился лишь в начале своей писательской карьеры, последствиями уничтожения их трудов и запрета на публикацию стало порой полное забвение, удаление из коллективной национальной памяти. Те же, кто уже успел к тому моменту сыскать признание и известность, пострадали иначе: у них отняли читателей, лишили привычного образа жизни, дома, имущества, страны, будущего.

Книга «Преследуемые поэты» и литературная коллекция Юргена Зерке в художественном музее Золлингена

Журналист и писатель Юрген Зерке одним из первых в Германии посвятил себя восстановлению памяти об авторах сожженных нацистами книг. В течение 40 лет он занимался исследованием творчества немецкоязычных литераторов, чьи имена должны были быть исключены из немецкой культурной истории путем уничтожения их произведений. В 1978 году впервые вышел сборник Зерке «Преследумые поэты», позднее неоднократно переиздававшийся. В книге были собраны многочисленные снимки первых изданий, оригинальных манускриптов и прижизненных фотографий гонимых авторов.

С 2008 года литературная коллекция Зерке, содержащая книги, личные письма и фотографии, автографы и машинописные тексты преследуемых писателей, представлена в постоянной экспозиции художественного музея Золлингена (до 2011 года – Музей Бадена) в Центре преследуемого искусства. Экспозиция, охватывающая период с 1918 по 1989 год, в частности, содержит информацию о жизни и творчестве Вольфганга Борхерта, Карла Герольда, Анны Зегерс, Хуго Зонненшайна, Маши Калеко, Элзе Ласкер-Шюллер, Альфреда Матуше, Эриха Курта Мюзама, Инге Мюллер, Эрнста Толлера, Курта Тухольски и Юргена Фукса. Путеводителем по выставке служит каталог «Рай и ад – с 1918 по 1989 год – преследуемые поэты. Коллекция Юргена Зерке». По случаю открытия экспозиции в апреле 2008 года газета Frankfurter Allgemeine Sonntagszeitung писала: «То, что в Музее Бадена было возвращено в коллективную память, это уникальная поэзия и драматургия: забытые страницы 20-го столетия находят приют в этом доме, где они продолжают жить в воспоминаниях».